Опрос

ПЛАСТИКОВАЯ КАРТА ИЛИ СБЕРКНИЖКА? Сейчас во многих отделениях Сбербанка пенсионерам предлагают перейти на пластиковые карты. Вы к этому готовы?
 

Видео

Подписка

dosr_podp

Ваш вопрос

Напишите нам письмо

Мы обязательно на него ответим.

Оставьте жалобу, напишите отзыв или внесите предложение по любому волнующему Вас вопросу.

Архив материалов издания

Все выпуски за последние годы

Книга отзывов и предложений

Важно ваше мнение

Оставьте жалобу, напишите отзыв или внесите предложение по любому волнующему вас вопросу.

Нелёгкая судьба лёгкой промышленности
Социальный аспект
18.02.2017 21:09
В 2017 году исполнится 75 лет старейшему предприятию Самарской области – Самарской трикотажной фабрике

Как было, как стало…
Теперь она занимает всего два этажа четырёхэтажного дома на улице Самарской, 130. А лет двадцать пять назад предприятию принадлежало не только все это здание, но и двухэтажный флигель во дворе, цеха и склады, расположенные по другим адресам Самары. На предприятии в три смены работало около трех тысяч человек – швеи, вязальщицы, раскройщицы, механики швейного и вязального оборудования. В разных городах и весях Куйбышевского края было открыто семнадцать торговых точек, продававших изделия трикотажной фабрики. Можно сказать, что фабрика обеспечивала трикотажными вещами всю Самарскую область.
А что осталось сейчас? Помещение на улице Самарской, 130, в советские годы построенное специально для трикотажной фабрики, в 90-е годы было приватизировано, и теперь предприятие арендует его у владельца. Вместо трёх тысяч сотрудников здесь работает около сорока человек, а вместо семнадцати торговых точек продукцию реализуют только три.
Как вспоминает швея Вера Валентиновна Ходакова, отдавшая трикотажной фабрике 47 лет (пришла сюда работать после училища, совсем юной девчонкой, а получилось, что задержалась на всю жизнь), в самые трудные, 90-е годы зарплату работникам выдавали продукцией. «Я сама ездила по районам, продавала платья, кофты, джемперы, – рассказывает Вера Валентиновна. – Брали хорошо, даже очереди за трикотажем выстраивались, наши изделия высоко ценились. А потом делили выручку между работниками».


Работницы швейного цеха (слева направо): раскройщица Светлана Николаевна Алешина, 
швея Елена Евгеньевна Никишкова, раскройщица Нурия Гакильевна Сагирова.

«И всё же мы выстояли!»
Что ж, такие были времена – всё вокруг закрывалось и распродавалось, разваливались крупные и мелкие предприятия. Казалось, что рушится жизнь… Тем не менее Самарская трикотажная фабрика выстояла, сохранив главное, чем всегда заслуженно гордилась, – достойное качество своего трикотажа.
– Наверное, в гардеробе у каждой сотрудницы имеются платья или кофты производства нашей фабрики, которым по десять – пятнадцать лет, – добавляет менеджер Татьяна Анатольевна Комиссарова. – И что характерно, модель может устареть, а качество остается прекрасным: трикотаж плотный, шерсть не скатывается, изделие не растягивается и не садится, на долгие годы сохраняя первоначальную форму и яркость расцветки.
Да, сегодня отечественная легкая промышленность вообще и Самарская трикотажная фабрика в частности переживают не лучшие времена. Выручает ориентированность российского правительства на импортозамещение. Чтобы производство не останавливалось, фабрика участвует в госзаказах и, выиграв торги, заключает договоры на выпуск школьной формы, спецодежды для исправительных колоний, спортивной одежды, трикотажных вещей с фирменными логотипами. Благодаря этому станки не простаивают, а люди регулярно получают зарплату. Но на большее, увы, у предприятия денег нет.


Любовь Петровна Туманина – швея Самарской трикотажной фабрики с 39-летним стажем.

Две беды – кадры и техника
Директор Татьяна Мещерякова рассказывает о серьезных проблемах, с которыми столкнулась Самарская трикотажная фабрика. Во-первых, это кадровый вопрос. Раньше в области было несколько специализированных учебных заведений, выпускавших швей, вязальщиц и механиков для обслуживания станков. Но в 90-е годы эти профессии посчитали нерентабельными, и учебные заведения перепрофилировали. Теперь приходится принимать на работу людей необученных и учить их всему с нуля, что, конечно, тормозит производство.
Почему бы тем же колледжам, плодящим менеджеров и дизайнеров в таком количестве, что им не находится рабочих мест, не вернуть действительно нужные специальности – например, вязальщиков и механиков вязального оборудования? Это вопрос в адрес региональной системы образования.

Вторая проблема – устаревшая техника. Сейчас на фабрике трудятся на станках, приобретенных аж в 1987 году. В тот год была массовая замена оборудования. Прекрасные станки – производства Японии, ГДР, Румынии. Они до сих пор работают, «кормят» сотрудников фабрики, производя такую же добротную продукцию, как и раньше. И всё это благодаря тому, что механики стараются держать их в порядке – постоянно ремонтируют и подновляют. Но тридцать лет – это три­дцать лет. Понятно, что техника изнашивается, устаревает и ломается. Однако только один новый вязальный станок стоит от трех до пяти миллионов руб­лей. Где их взять? Государство, как раньше, в советские времена, закупку оборудования не субсидирует, и фабрике приходится изыскивать средства самой. А их попросту нет. Госзаказы, конечно, выручают – обеспечивают работой предприятие, не дают простаивать технике, но оплачиваются они чуть ли не по себестоимости, дохода от них только на зарплату работникам и хватает.

Спасти производство
Мы проходим в вязальный цех и видим, как рождается трикотажное полотно с корпоративными логотипами – из него потом будут шить спортивные шапки и шарфы. Кажется, что «умные» машины работают сами, буквально на глазах создавая красивый узор, но это только видимость. За тем, чтобы не рвались нити и все шло как следует, внимательно следят вязальщицы, тут же в цехе дежурят два механика. Они тоже с ностальгией вспоминают те времена, когда техника была новой и работала без перебоев.
– Можно, конечно, выиграть грант на развитие легкой промышленности, – рассуждает директор. – Наверное, это для нас единственная реальная возможность обновить оборудование. Но гранты предоставляют по принципу софинансирования: 50 процентов средств дает государство, а 50 процентов должно вложить само предприятие. У нас же даже резервного фонда нет, нам пока нечего вкладывать. Исправить ситуацию можно, только если развивать торговую сеть. Нужно искать рынки сбыта в Самаре и области, открывать свои точки везде, где можно, – в дальних районах и в городах. Вот тогда, надеюсь, мы и заработаем средства на развитие предприятия. В своих изделиях мы уверены – они пользуются заслуженной любовью у наших землячек. И цены мы устанавливаем приемлемые. В общем, сейчас активно работаем в этом направлении. Но самое главное богатство Самарской трикотажной фабрики – это люди. Коллектив в основном женский и очень сплоченный. Большинство сотрудниц проработали здесь всю жизнь. Они так и говорят: «Это наша фабрика, и мы не дадим ее закрыть». А значит, есть у Самарской трикотажной фабрики надежда на будущее развитие и процветание.
И 75 лет – вовсе не старость!

Марина ГОНЧАРЕНКО.
Фото Юрия БАЛАШОВА.

 

Комментарии  

 
+1 #1 игорь Шерстобаев 24.02.2017 16:15
Моя бабушка Люба :D
Цитировать
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Наши выпуски

< Декабрь 2017 >
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31

Наши партнеры

Podpiska Pochta Rossii

gebernia ra175x110

 gong 2016