Опрос

ПЛАСТИКОВАЯ КАРТА ИЛИ СБЕРКНИЖКА? Сейчас во многих отделениях Сбербанка пенсионерам предлагают перейти на пластиковые карты. Вы к этому готовы?
 

Видео

Подписка

dosr_podp

Ваш вопрос

Напишите нам письмо

Мы обязательно на него ответим.

Оставьте жалобу, напишите отзыв или внесите предложение по любому волнующему Вас вопросу.

Архив материалов издания

Все выпуски за последние годы

Книга отзывов и предложений

Важно ваше мнение

Оставьте жалобу, напишите отзыв или внесите предложение по любому волнующему вас вопросу.

Пропали ваши денежки
Актуально
18.02.2017 20:43

Коллаж Романа ГРАМОТЕНКО

АСВ препятствует возвращению вклада

Когда несколько лет назад вдруг возникло Агентство страхования вкладов (АСВ), очень многие наши «рантье» вздохнули с облегчением, ведь их надежды на сбережение своих денег получили надежное подкрепление. Это агентство гарантировало полный возврат всех вкладов, хранившихся в лопнувших банках. Сначала в сумме 700 тысяч рублей для каждого вкладчика, а потом и вдвое больше – 1 миллион 400 тысяч.
И действительно, АСВ спасло от бесследного исчезновения, как это было в лихие девяностые, вклады десятков, если не сотен тысяч людей по всей стране.
Но недавно в этой бочке меда появилась ложка дегтя, способная серьезно испортить репутацию структуры. Ложка эта, к сожалению, самарского происхождения.
Самарчанка Мария Бакуцких все семейные сбережения хранила на счете в Волжском социальном банке (ВСБ). Но когда ей потребовалась сложная операция с непредсказуемым исходом, Мария решила снять значительную сумму, которая могла понадобиться мужу, Николаю Прохорову, на ее послеоперационное лечение или, возможно, на более печальные хлопоты до вступления в наследство. Кстати, женщина приняла очень разумное, на мой взгляд, решение.
Но сотрудники ВСБ тогда очень убедительно рекомендовали ей не закрывать полностью счет, а разделить его на два – на нее и на мужа, пояснив, что оба вклада можно застраховать и бояться им нечего. Мария тогда сняла часть денег, а остальную сумму супруги, как и советовали банкиры, разделили на два практически равных вклада. Было это 25 ноября 2013 года.
На следующий день Главное управление Банка России по Самарской области запретило этому банку привлекать деньги во вклады, а еще через неделю ВСБ вообще лишился лицензии.
Мария через пару недель после этого полностью получила свой вклад. А вот у Николая возникли проблемы, которые не решены и по сей день.
Сначала его переадресовывали из одного отделения Сбербанка в другое, а потом напрямую отправили в АСВ. Телефонные переговоры с агентством, куда он постоянно звонил за свой, разумеется, счет, поначалу свелись к получению информации о том, что он должен признать свой вклад «ошибочным для исправительных проводок» (!). Только после такого признания Николай может быть внесен в список кредиторов и претендовать на какие-то деньги, полученные от реализации конкурсного имущества банка. А если он откажется, то ему придется обратиться в суд.
Через полгода из АСВ пришла новая информация: выплата страховой суммы Николаю не положена, так как его вообще нет в реестре вкладчиков. И это несмотря на то, что на руках у него есть все банковские документы об открытии вклада.
Пришлось тогда Николаю обратиться в суд с иском к АСВ, Сбербанку и ВСБ. Там и начались такие «непонятки», которые он скромно называет ужасными, хотя на самом деле это чрезвычайно толерантная характеристика.
По ходатайству АСВ к рассмотрению дела была привлечена Мария в качестве третьего лица. И именно на нее началась самая настоящая атака. Во-первых, ответчики заявили, что ее вклад вообще мнимый, поскольку 25 ноября она не могла получить свой вклад и затем разделить его на два, так как в ВСБ уже с 15 ноября не было денег. А потому все банковские документы тех дней – это не что иное, как филькина грамота. И даже пригрозили ей обвинением в посягательстве на средства государственного фонда, что влечет за собой реальный тюремный срок. А потом еще заявили, что брак Николая и Марии якобы не зарегистрирован, хотя к сути иска это не имеет никакого отношения.
От последующих подобных обвинений банкирам все-таки пришлось отказаться, ведь Мария предъявила банковские документы по вкладу за весь трехлетний период его существования и свидетельство о браке. Супруги так тогда и не поняли, почему ответчики столь нагло и вызывающе себя вели, делая фальшивые заявления и предъявляя обвинения.
Но суд не обратил внимания на навешивание лапши на уши Фемиды и принял сторону ответчиков. Он отказал Николаю в иске, так как, по мнению судьи, банк на момент открытия вклада был неплатежеспособным, и потому его жена не могла сначала снять вклад, а затем поделить его на два. А банковские документы суд просто не принял во внимание. Мало того, судья Елена Дмитриева, как бы приняв на себя полномочия прокурора, заявила, что супруги незаконно разделили вклад, чтобы получить страховое возмещение в полном объеме.
Судья почему-то очень торопилась с вынесением этого решения. О спешке свидетельствует тот факт, что в нем оказались настолько грубые фактические ошибки – искажение фамилий участников и сумм вкладов, что для исправления их пришлось принимать еще один документ – судебное определение.
– Моя апелляционная жалоба на такое решение была оставлена без удовлетворения, а кассационную просто отклонили, – говорит Николай. – Из решения суда и объяснений ответчиков следует, что мы с женой не добропорядочные граждане, а какие-то жулики, которые стремились кого-то обмануть. А то, что нашу семью по сути ограбили на 600 с лишним тысяч руб­лей, никого не касается. Хотя эти деньги очень нужны на лечение, да и на грядущие похороны.
Мое обращение в отдел полиции Промышленного района Самары сначала переправили в Кировский отдел, затем в Ленинский. Из Ленинского снова в Кировский. И я сейчас даже не знаю, где оно находится. Областной уполномоченный по правам человека тоже считает, что мне отказано в выплате на основании закона.
Мой трудовой стаж – более шестидесяти лет. Все это время меня считали добропорядочным и добросовестным человеком. И вот сейчас такое... Неужели я так и умру с клеймом жулика и злоумышленника?
Мне очень понятны переживания Николая. Но судья Дмитриева посчитала, что ни он, ни его жена не могли совершать какие-то банковские операции в то время, когда они их все-таки совершили, о чем свидетельствуют банковские документы. Но совершили эти операции не они, а конкретные сотрудники ВСБ, чьи подписи стоят в этих документах. Значит, закон нарушили именно сотрудники, если в тот злосчастный день банк уже не имел права работать с вкладчиками. Потому и спрашивать надо с банка. А если он лопнул, то с его гаранта – АСВ, но никак не с неудачливых вкладчиков.
Честно говоря, до этой истории до меня доходили какие-то слухи о том, что АСВ не всегда удовлетворяет требования вкладчиков лопнувших банков, но я не обращал на них внимания. Однако то, что случилось с Марией и Николаем, заставило меня по-новому взглянуть на АСВ. Действительно, оно, как и многие компании, страхующие автомобилистов, нет-нет, да и отказывает в выплатах некоторым вкладчикам по совершенно непонятным причинам и тем самым сознательно подрывает доверие людей. Но не к своей репутации и даже не ко всей банковской, а прежде всего – к государству. И вот это уже чревато самыми непредсказуемыми последствиями.
Кстати, о репутации. Думаю, всем известна байка о булочнике Филиппове, которого силой приволокли во дворец московского градоначальника, обнаружившего таракана в свежей выпечке. Филиппов заявил, что это изюм, и тут же съел усатого. Так и появились на свет знаменитые когда-то булочки с изюмом.
Вот и руководству АСВ надо бы сейчас срочно вмешаться в самарскую ситуацию. Шестьсот тысяч рублей для агентства – даже при массовом лишении банковских лицензий – это не та сумма, из-за которой нужно рисковать репутацией. Это совсем не тот случай, когда риск – благородное дело.

Аркадий Соларев.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Наши выпуски

< Декабрь 2017 >
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
        1 2 3
4 5 6 7 8 9 10
11 12 13 14 15 16 17
18 19 20 21 22 23 24
25 26 27 28 29 30 31

Наши партнеры

Podpiska Pochta Rossii

gebernia ra175x110

 gong 2016